Может ли кредитор требовать от члена правления коммерческого товарищества  возмещения причинённого ему вреда, если коммерческое товарищество несостоятельно или ликвидировано? 

Алдо Кальюранд (18.03.1971-30.09.2009)
присяжный поверенный и партнёр
В течение 2008 г. в Эстонии судами было возбуждено 1186 производств по делам о банкротстве, из которых 335 закончились угасанием производства. Как известно, суд прекращает производство по делу о банкротстве, не объявляя о банкротстве, по причине угасания, несмотря на несостоятельность должника, если у должника не хватает имущества на покрытие расходов банкротного производства  и отсутствует возможность отмены правомерных сделок, совершённых должником в ущерб интересам кредиторов, а также возможность обратных требований. Также суд может прекратить производство по делу о банкротстве вследствие угасания, несмотря на несостоятельность должника, если имущество должника состоит в основном из требований отмены правомерных сделок, соверошённых должником в ущерб интересам кредиторов, и из требований против третьих лиц, но податель заявления о банкротстве не желает уплатить в депозит суда сумму, определённую на покрытие расходов суда, связанных с  производством дела.   

Таким образом, во множестве случаев деньги, доверенные кредитором  своим партнёрам по бизнесу либо клиентам, испаряются вместе с коммерческим товариществом. В то же время само коммерческое товарищество, являющееся должником - это лишь юридическое образование, через которое и посредством которого  занимаются бизнесом люди, иногда злоупотребляющие доверием своих партнёров по бизнесу.  

Не отрицая права каждого участвовать в предпринимательстве  посредством коммерческих товариществ и ограничивать свою ответственность взносом, сделанным в паевой либо акционерный капитал коммерческого товарищества, чувство справедливости затрагивает то, когда люди, которые довели коммерческое товарищество до банкротства, беря необоснованные риски либо злоупотребляя  иным способом доверием и оставив кредиторов без денег, освобождаются от  ответственности только потому, что они действуют через коммерческие товарищества и с их помощью.

Отсюда вопрос – может ли кредитор требовать возмещения причинённого ему вреда напрямую от члена руководящего органа коммерческого товарищества? Этот вопрос встаёт особенно остро, когда у самого коммерческого товарищества имущества нет,  либо коммерческое товарищество вообще перестало существовать. 

Хотя общее правило таково, что член руководящего органа коммерческого товарищества как представитель коммерческого товарищества не несёт ответственности перед кредиторами за взятые коммерческим товариществом обязательства, прямая ответственность перед кредиторами в определённых случаях  тем не менее возможна. 

Практика Государственного суда приняла точку зрения, что кредитор вправе требовать возмещения причинённого ему вреда прямо от члена руководящего органа коммерческого товарищества, если вред причинён кредитору в результате  поведения, нарушающего вытекающую из закона обязанность, прямая цель которой – защита прав кредиторов. 

Конкретнее, в практике Государственного суда в качестве таковой обязанности рассматривалась несвоевременная подача заявления о банкротстве со стороны члена руководящего органа коммерческого товарищества, если этим наносится вред кредиторам. Но по мнению автора статьи, нарушением вытекающей из закона обязанности, прямая цель которой – защита интересов кредиторов, и нарушение каковой может в случае причинения вреда повлечь прямую ответственность члена руководящего органа перед кредитором, можно считать и нарушение установленного в коммерческом кодексе запрета на предоставление займа, нарушение условий приобретения собственных акций либо паев, непринятие установленных в законе мер в ситуации, когда у коммерческого товарищества    нетто-имущества меньше половины акционерного либо паевого капитала либо ниже установленного в законе размера минимального капитала (в случае ТОО 40 000 крон и в случае АО 400 000 крон). Как нарушение такой обязанности следовало бы рассматривать и осуществление выплат акционерам либо пайщикам в случае, когда их выплачивают не из чистой прибыли или нераспределённой прибыли прошлых лет, с которых вычтен непокрытый убыток прошлых лет, и предоставление ложных данных. Нарушением обязанности, прямой целью которой является защита интересов кредиторов, следует считать и неправильную оценку взносов членами правления коммерческого товарищества при увеличении акционерного либо паевого капитала, а также несообщение кредиторам о принятии решения об уменьшении  акционерного капитала. 

Представленный перечень не является исчерпывающим, и такие обязанности члена руководящего органа, прямая цель которых – защита интересов кредиторов, кроме установленных в коммерческом кодексе установлены и в других законах - в законе о банкротстве, в законе о кредитных учреждениях и др. 

Наряду с возложенной законом на руководящий орган коммерческого товарищества ответственностью непосредственно с целью защиты интересов кредиторов, прямая ответственность члена руководящего органа возможна и в случае причинения кредитору вреда членом руководящего органа коммерческого товарищества  поведением, умышленно нарушающим добрые обычаи.   

Государственный суд в своей практике  поведением члена руководящего органа, умышленно нарушающим добрые обычаи, посчитал то, когда член руководящего органа не уведомляет кредитора о том, что в отношении коммерческого товарищества – должника возбуждено производство по принудительной ликвидации. В специальной литературе в качестве примера поведения, противоречащего  добрым обычаям, приводится поведение члена руководящего органа, когда он обманным путём привлекает инвесторов к покупке акций коммерческого тварищества, скрывая плохое экономическое состояние коммерческого товарищества, причиняя в конечном итоге вред инвесторам. 
 
В специальной литературе высказывается точка зрения, что член руководящего органа коммерческого товарищества может нести прямую ответственность и в случае нарушения личных прав, типичным примером такого нарушения является представление о партнёре коммерческого товарищества не соответствующих действительности утверждений, наносящих вред его репутации. Если член руководящего органа сделает это, то он несёт и личную ответственность, несмотря на то, что могло иметь место только заявление, связанное либо обсуловленное его работой. 

В итоге можем утверждать, что занятия коммерцией посредством коммерческого товарищества не дают полного иммунитета людям, которые пользуются коммерческим товариществом как щитом во избежание личной ответственности и злоупотребляют доверием своих партнёров по бизнесу. Хотя на сегодняшний день   в гражданских делах суды ещё противятся искам,  представляемым кредиторами коммерческого товарищества прямо против члена правления коммерческого товарищества, Государственный суд в нескольких решениях дал понять, что это тем не менее возможно. Таким образом, банкротство либо прекращение деятельности и исключение коммерческого товарищества из реестра ещё не всегда значит, что доверенные такому коммерческому лицу деньги следует считать потерянными. Исходя из конкретных обстоятельств, может  оказаться возможным   заставить считаться со своим требованием против члена совета или правления  и “рано усопшего” коммерческого товарищества.

Контактное лицо:
Антс Майленд
присяжный поверенный и партнер
Tel: +372 626 4300
ants.mailend@varul.ee
Таллиннское бюро
Ahtri 6A
10151 Tallinn
Тел.: 626 4300
Факс: 626 4306
Тартуское бюро
Kaluri 2
51004 Tartu
Тел.: 730 1610
Факс: 730 1620
2009 Адвокатское бюро Паул Варул. Все права защищены.